Гликерия Давыдова принимает на себя ведение дела о таинственной кончине руководителя департамента культуры. С первого взгляда все обстоятельства свидетельствуют о добровольном уходе из жизни, и официальное заключение могло бы ограничиться этой версией, если бы не одно вызывающее беспокойство отклонение. Неизвестный переместил предсмертную записку, оставив на столе размазанный кровавый след — деталь, которая полностью разрушает картину спокойного самоубийства и вынуждает искать совершенно иные объяснения произошедшего.